Ctrl + ↑ Позднее

Американский стандарт: Робби Пэйт и квартет Алексея Подымкина в Сургутской филармонии

Любителей классического вокального джаза в Сургуте достаточно: в очередной раз это доказала Сургутская филармония, собрав на концерт квартета Алексея Подымкина и американского вокалиста Робби Пэйта полный зал.

Фото: Юрий Нуреев

Первоначально в афише «От Гершвина до Уандера» значился другой фронтмен — Майлз Гриффит, однако он по причине проблем с американским правосудием выехать из США не смог (вот где настоящий рок’н’ролл!). Застенчивый молодой Робби Пэйт стал достойной заменой. «Застенчивый» — это не для красного словца сказано: первое отделение артист словно пробовал аудиторию, деликатно добавляя в инструменталы московского квартета черных вокальных красок — зато во второй части концерта, удостоверившись в том, что сургутяне настроены более чем доброжелательно, дал настоящего шоу, продемонстрировав богатый диапазон — от крунерского мурлыканья до едва ли не гроулинга; игры с залом «А теперь подпойте вы», естественно, наличествовали.

Концерт оставил приятные впечатления — в первую очередь, однако, не участием иностранного гостя, а игрой джазменов под управлением Алексея Подымкина. Каждый из них, демонстрируя высочайший уровень мастерства, при этом не перетягивал одеяло на себя: фортепиано, саксофон, контрабас, ударные, конечно, получали «сольные выходы» в некоторых номерах, но гармоничнее всего звучали вместе. Робби Пэйт же, подумалось мне, для Америки наверняка является стандартным вокалистом — одним из многих. Он не продемонстрировал чего-то выдающегося, но для нас, не слишком искушенных джазовыми концертами с участием звезд мировой величины, его исполнительский уровень может показаться высочайшим и стать поводом для громких восторгов.

Как бы там ни было, Сургутская филармония в очередной раз заслужила горячие благодарности за то, что дает возможность услышать таких вот «стандартных» и «не выдающихся» американцев, как тот же Робби Пэйт или приезжавшая несколько лет назад Шарон Кларк — в конце концов, это отличная возможность услышать классические композиции на чистейшем языке оригинала.

Вагнер и Мендельсон в Сургутской филармонии: без свадебных маршей с Валькириями

Не могу не отметить особое место симфонического оркестра Сургутской филармонии в культурной сфере города. На минувшей неделе коллектив представил программу «Шедевры эпохи Романтизма» — творчество Мендельсона и Вагнера.

Фото: Юрий Нуреев

Те, кто практически не разбирается в классической музыке (я в том числе), связывают эти имена прежде всего со «Свадебным маршем» и «Полетом Валькирий» соответственно; к слову, Вагнер тоже сочинил «Свадебный марш» — пожалуй, второй по популярности после мендельсоновского. К чему эти намеки на ликбез? К тому, что ничего из перечисленного Сургутский симфонический оркестр в программе… не представил: в первом отделении играли Шотландскую симфонию Мендельсона, во второй — фрагменты опер Вагнера «Запрет на любовь», «Гибель богов», «Тристан и Изольда» (кстати, в последнем номере к зрителю вышла солистка Светлана Люпп, придав сцене «Смерть Изольды» должный градус трагизма).

При подборе репертуара музыкантам во главе с дирижером Станиславом Дятловым всякий раз удается искусно балансировать между массовым вкусом и уходом в малопонятную широкому зрителю элитарность. Вот и нынешняя программа хоть и зазывает публику известными именами, все-таки предлагает взглянуть на них вне рамок, установленных общеизвестными «хитами». И тогда оказывается, что в музыке Вагнера есть место не только подчас тяжеловесному трагизму, но и легкому лукавству, а такой, казалось бы, сентиментально-слащавый Мендельсон черпал вдохновение в суровых северных напевах Шотландии.

Подобные открытия сопутствуют практически каждой программе симфонического оркестра Сургутской филармонии: потому и любить его можно не только за виртуозность исполнения, но и за такое деликатное просветительство.

Впервые слышу. Браво, реальный Unrealised (2018)

Понять логику художника всегда трудно: это подтверждает новый релиз группы «Браво». Уже само название — Unrealised — говорит о том, что это не номерной альбом, как его называет Евгений Хавтан (снова исполнивший, кстати, все вокальные партии), а сборник не выходивших ранее на дисках группы песен. Треклист, однако, ясности не вносит: здесь три кавер-версии, пять новых вариантов ранее выходивших песен и только один «Полет», который действительно в течение многих лет избегал участи попасть на номерные пластинки. Скажем прямо: для группы, в течение десятилетия с 2001-го по 2011-й не выпускавшей новые альбомы, подборка, мягко говоря, не репрезентативная.

Впрочем, судя по всему, цели показать все бесконечное множество неизданных записей перед «Браво» и не стояло. Освободив себя от обязанности демонстрировать новые песни, группа просто предложила слушателям новый взгляд на уже известные вещи; ко двору пришлись и несколько каверов. К слову, оцените диапазон интересов Хавтана и компании: они играют «Машину Времени», «Зоопарк» и «Ариэль», причем именно в такой последовательности, и везде выглядят органично (хотя чисто стилистически сегодня «Браво» ближе все-таки к эстетике лучших советских ВИА, нежели подпольного ленинградского рок-н-ролла).

Пресловутый «новый взгляд» — это очередная возможность уйти от надоевшего штампа «ретро-музыка», которым почему-то упорно одаривают «Браво» журналисты: здесь группа с большим удовольствием расчехляет гитары, из-за чего Unrealised можно считать едва ли не самым роковым их альбомом. Не все эксперименты, однако, оказались одинаково удачными: если новые «Любовь не горит» и «Буги-автостоп» практически сразу вытесняют из памяти оригиналы из перепродюссированной «Евгеники», то «Замку из песка» повезло существенно меньше: реггей в исполнении «Браво» (так же как и фламенко-версия 36,6 из предыдущего альбома) воспринимается, пожалуй, как эксперимент ради эксперимента. Серьезной переработке подверглась также заключительная вещь альбома — «На планете Гамма»: спустя 20 лет мечтательный дрим-поп с виниловыми скретчами DJ Грува сменился суховатым, даже аскетичным софт-роком. Неизменными остались обращения главного героя к маме: Unrealised посвящен памяти матери Евгения Хавтана, и в этом контексте песня обретает подлинную глубину. Завершается альбом новой кодой «Что бы ни случилось, верь в себя, верь в завтрашний день всегда» — после нее стремление предъявлять претензии к выбору треков и к их количеству пропадает, уступая место желанию поставить запись по новой.

Впервые слышу. The Beatles White Album (2018, именно 2018)

Битлз продолжают делать что-то непостижимо прекрасное: изданный 50 лет назад «Белый альбом» вышел вчера как совершенно новая пластинка. Речь не о дополнительных программах типа ранее не издававшегося Esher Demo (о нем — чуть позже), а именно об альбоме, который в миксе 2018-го звучит так же актуально, как и новейший Egypt Station Пола Маккартни.

Трудно представить, что там творит с исходными пленками Джайлс Мартин, но если сравнивать новую версию даже с ремастерингом 2009 года (про первые CD-издания 1987 года давайте забудем вообще), появляется ощущение, что он просто взял старую пластинку и тщательно отмыл ее. Теперь она звучит настолько чисто, что становятся слышны все мельчайшие нюансы. Похожие восторги вызывала прошлогодняя юбилейная же версия «Сержанта Пеппера», в которой яркими красками заиграли даже немногие проходные номера. Тут — та же история: послушайте, например, Glass Onion с шикарнейшей басовой партией (она и раньше обращала на себя внимание, но теперь оторваться от нее просто невозможно) и вокалом Джона Леннона, деликатно обрамленным струнными, — тем более что на нее сняли совершенно потрясающий клип.

Отдельного упоминания стоит диск с демоверсиями почти всех песен, записанных в доме Джорджа Харрисона в Эшере; вроде, это просто Битлз под гитарку, без тех самых студийных прикрас и лоска — но на то оно и искусство, что пробирает и сквозь, на первый взгляд, безыскусные аранжировки. В качестве милейшего бонуса — несколько песен, которые спустя пару-тройку лет станут первыми сольными хитами участников группы.

В варианте Super Deluxe представлено еще больше демок, версий и прочих услаждений для гурманов (в итоге все издание выходит на шести дисках!), но для достижения состояния незамутненного восторга, на мой взгляд, вполне достаточно основной — трехдисковой версии.

P.S. Заглядывая далее в дискографию группы, втихомолку надеюсь, что через год взрываться восторгами буду от новейшего Abbey Road.

Впервые слышу. Queen Bohemian Rhapsody (Original Soundtrack) (2018)

В фильме «Богемская рапсодия» Рами Малек поет голосом Фредди Меркьюри: это огромный плюс картине, поскольку попытки нынешнего состава группы заменить своего фронтмена молодежью выглядят не очень адекватными; Адам Ламберт, быть может, и хорош, но не Фредди, не Фредди. Рами Малек — тоже не Фредди, это мы уже выяснили. Поэтому слушать хиты группы в первозданном виде в фильме — отдельное удовольствие.

Говоря о первозданности, однако, следует отметить: многие из песен звучат в живых версиях, как того и требует картинка, повествующая о гастрольных буднях группы. Интересно, что при составлении саундтрека авторы отказались от соблазна выкатить просто очередной студийный The Best Of. В конце концов, тема «Лучшее, любимое и только для вас» группой была закрыта аж в 1991 году, когда вышел альбом Greatest Hits II, который, на мой взгляд, в каком-то смысле оказал ей медвежью услугу. Дело в том, что песни из сборника были растиражированы настолько, что Queen (как и ABBA, кстати, выпустившая примерно в то же время такую же идеальную подборку ABBA Gold) некоторыми слушателями (то бишь мной, конечно) были расценены как чисто сингловая группа, альбомы которой не представляют собой ничего интересного.

…Так вот, в «Богемской рапсодии» звучат ровно те же версии, что и в фильме: и, как оказалось, здесь нашлось место эксклюзиву в виде впервые изданной записи выступления на Live Aid (впрочем, неполного), нового трека Doing All Right (…Revisited), записанного трио Smile — предтечей Queen без Фредди Меркьюри, а также Don’t Stop Me Now (…Revisited) с заново сыгранными партиями Брайана Мэя.

Нелишне будет сказать, что в саундтреке сохранен порядок песен, соответствующий логике повествования, а предваряет все это пиршество для слуха аудиозаставка студии XX Century Fox, сыгранная Мэем в стиле Queen — таким образом, по сути, в виде альбома мы получили прекрасную аудиоверсию фильма, в котором главной героиней оказывается именно музыка. Ход, безусловно, выигрышный: в конце концов, наверняка немногие выделят время на повторный просмотр «Богемской рапсодии», а вот обратиться к альбому можно в любой момент.

Впервые вижу. «Богемская рапсодия»: слушайте, не останавливайтесь

Фанаты Queen, мужайтесь: на сеанс «Богемской рапсодии» к попкорну вместо колы возьмите что-нибудь успокоительное — возмущаться по ходу повествования придется не раз. Фильм, как и было объявлено, художественный, поэтому надеяться на следование хронологии, портретное сходство персонажей с прообразами, а также на в целом точное описание событий, происходивших с четверкой Queen, не приходится.

Да, в адрес любого байопика едва ли не самой серьезной претензией могут считаться слова «Не так все было». Однако в случае с «Богемской рапсодией» зрителю, не посвященному во все тонкости биографии Фредди Меркьюри сотоварищи, совершенно неважно, была ли, например, We Will Rock You сочинена уже в «усатый» или еще в «волосатый» период; не заденет его и наблюдение, что из всей четверки разве что Брайан Мэй однозначно узнаваем как точная копия оригинала, Рами Малек на промофото выглядит едва ли не как пародия на Фредди, а в первой половине фильма больше похож на молодого Мика Джаггера.

Все эти огрехи оказываются совершенно несущественными, поскольку не мешают погрузиться в атмосферу фильма и попасть под обаяние главного героя, который за два часа экранного времени проходит путь от эгоцентричной самоуверенности через осознание трагичности одиночества к смирению и обретению если не счастья, то хотя бы покоя. Все это — в сопровождении оригинальной музыки Queen, которой озвучены и студийные, и концертные будни артистов.

Музыки достаточно, чтобы посчитать главным действующим лицом именно ее — а не Фредди, не Queen. Картина ограничивается периодом 1970-1985 годов, то есть не рассказывает полной истории ни группы, ни ее фронтмена: так или иначе, все сюжетные линии строятся вокруг очередной записи, очередной гастроли и завершаются — сюрприз! (или спойлер?) — вовсе не обязательным посмертным гимном The Show Must Go On. Нет, на титрах, оповещающих зрителя о том, как сложилась судьба Фредди Меркьюри после триумфального выступления на Live Aid, звучит Don’t Stop Me Now как прямое обращение подлинной главной героини фильма к залу: слушайте, не останавливаясь. Нет причин не думать, что в ближайшее время публика этому призыву будет следовать неукоснительно: следим за чартами.

Впервые слышу. Мумий Тролль «Ртуть алоэ XXI» (2001), «Морская.20» (2018), «Вечерний чай» (2018)

За долгую карьеру у «Мумий Тролля» вышло не так много live-альбомов, поэтому одновременный выпуск сразу двух концертников стал поводом послушать новые релизы и сравнить их с одним старым.

В результате можно заметить некоторые особенности, которые характерны, видимо, для всех живых выступлений МТ.

Во-первых, притом, что музыканты в целом повторяют студийные аранжировки, Илья Лагутенко поет чуть более низким голосом, чем на записях: поначалу это воспринимается забавной фишкой, однако спустя пару-тройку номеров начинает немного утомлять.

Во-вторых, удивительно, но, видимо, сам Лагутенко считает необходимым документировать исполнение только старых песен, выходивших в конце 90-х. Нет ничего странного в том, что трек-листы live-альбомов 2001 и 2018 годов частично пересекаются: без исполнения «Девочки», «Утекай», «Инопланетного гостя» наверняка ни один концерт не обходится. Куда более странно то, что среди десяти треков на «Морской.20» четыре повторяются на «Вечернем чае», и да, это все те же девочки и инопланетные гости.

В итоге после прослушивания обеих новинок складывается невеселое впечатление, что за 20 лет, прошедших после ошеломительного дебюта, группа практически не действовала. А ведь после «Морской» и «Икры» записано десять альбомов. О чем они были — увы, не помнит, видимо, и сам Лагутенко.

Впервые вижу. «Квартал. На последнем этаже»

Группа «Квартал» как никто другой, наверное, заслуживает подробнейшего жизнеописания — к сожалению, книг об истории коллектива не предвидится, зато вышел 40-минутный фильм Игоря Маркова, который дает возможность не только посмотреть на любимых артистов, но и узнать кое-что новое.

Фото: facebook.com/kvartalmusic

Так, например, совершенно неожиданно открывается подоплека участия певицы Маши Кац в записи «Резиновых джунглей»: в треклисте альбома сохранился «Первый блюз» в ее исполнении, и ничто не намекает на то, что в середине 90-х лицо и голос «Квартала» могли стать именно такими. О периоде, когда «Квартал» остался буквально без коллектива, рассказывают и уволенная на тот момент вокалистка Татьяна Литвиненко, и непосредственный участник этой истории менеджер Сергей Смолин. Автор фильма предоставил возможность высказаться обеим сторонам конфликта — и надо отдать должное Смолину, не ставшему опровергать версию певицы (он просто охарактеризовал себя как «неприятного типа» и тем самым завоевал расположение как минимум одного зрителя фильма, — догадайтесь, какого).

Вообще, кстати, авторы обходятся без скандальности — притом что богатая история группы может дать массу материалов для каких-нибудь «Русских сенсаций»: это понятно даже при подробном изучении всего лишь выходных данных альбомов. Так, один из самых показательных моментов — появление второй вокалистки Софи Окран — описан здесь хоть и с намеками на некоторые «трения», но при этом без каких-либо негативных эмоций: сегодня и Татьяна, и Софи говорят об этом периоде спокойно и даже с некоей благодарностью — выглядит это в высшей степени достойно и по отношению к зрителю, и по отношению к главному герою повестования.

По объективным причинам, главный герой молчит — но есть архивные кадры, есть воспоминания музыкантов, есть, наконец, кадры посещения кладбища, где похоронен Артур Пилявин. Есть и музыка, созданная им: к слову, в фильме звучат именно записи старого «Квартала» — в том числе потому, что с 1998 года группа не выпустила ни одного альбома с новыми песнями.

В этом плане показательно выступление нынешнего бас-гитариста коллектива Алексея Котречко: «То, что создал Артур, еще долго будет востребованно, потому что сейчас так никто не пишет», — говорит он. Что это значит? Несмотря на многолюдность «Квартала», по факту он всегда состоял из одного человека: увы, это наблюдение группа за 16 лет, прошедших после ухода Пилявина из жизни, ни разу не опровергла. Хотя слова трубача Алексея Дитковского о том, что наконец практически готов новый альбом, внушают осторожный оптимизм. Ждем продолжения славной истории.

Впервые слышу. Египетская сила! Новый Маккартни!

На альбомы Пола Маккартни последних лет двадцати можно писать отзывы, вовсе их не слушая. Понятно, что в их создании участвуют сколько-нибудь модные продюсеры, которых Маккартни, однако, всякий раз подминает под себя, выдавая в итоге очередные вариации на темы «Битлз 21-го века».

Фото: facebook.com/PaulMcCartney

Впрочем, не слушать все эти вариации все-таки невозможно, потому что в каждом альбоме есть как минимум одна-две песни, которые зацепят и задержатся в плейлисте «Часто проигрываемое». Отрадно признавать, что Egypt Station в моем плейлисте останется практически целиком: обычно такой, прямо скажем, сомнительной чести удостаиваются либо признанная классика (Led Zeppelin, Pink Floyd, Beatles опять же), либо совершенно отбитая-отпетая попса типа Decamerone группы «Винтаж». Egypt Station же — симбиоз двух крайностей, воплощение самого Маккартни, попсовика-затейника, но вместе с тем легендарного артиста. Недаром от Fuh You, спродюсированной фронтменом One Republic, оплевались, кажется, все уважающие себя меломаны, а благодаря вещам типа People Want Peace они же наперебой хвалят пластинку, видя в ней бесконечные отсылки к Beatles и Wings.

Как в итоге ко всему этому относиться? Да никак, просто слушать подряд и получать законное удовольствие: в конце концов, именно в этом симбиозе и заключается в очередной раз продемонстрированная «египетская сила» Маккартни.

Впервые слышу. Nick Mason Unattended Luggage (2018)

Бокс-сет с тремя своими дисками Ник Мейсон с недюжинной самоиронией назвал «Багаж без присмотра»: действительно, долгое время два номерных альбома то ли не переиздавались, то ли попросту не были никем востребованы, а третий и вовсе публикуется впервые.

Впрочем, помимо самоиронии, нужно отметить еще и изрядную долю лукавства, ибо, по большому счету, первый диск Nick Mason’s Fictitious Sports (1981) стоило бы приписать Карле Блэй (автору) и Роберту Уайатту (вокалисту), а два других — Рику Фенну: по итогам прослушивания можно словить себя на мысли, что вкладом Ника Мейсона во все три пластинки, помимо игры на ударных, является, ну, разве что имя на обложке. Впрочем, и этого немало: наверняка ведь кто-то (такой, как я) послушает бокс-сет только ради громкого имени.

Вопрос — а нужно ли? И если «Несуществующие виды спорта» на него отвечают, пусть и осторожно, но положительно (несколько приятных софт-роковых песен — почему бы и нет), то коллаборация Mason+Fenn, специализировавшаяся на производстве музыки для рекламных роликов, в двух номерных альбомах Profiles (1985) и White Of The Eye (1987) выдает, по сути, собрание восьмидесятнических телезаставок. Не спасает даже присутствие в «Профилях» Дэвида Гилмора, который делает попытку вытянуть Lie For A Lie: все равно получается трек, который бледно смотрелся бы даже на вышедшем годом ранее диске Гилмора About Face — тоже не самом выдающемся, кстати.

P.S. Вслед за коллекцией Ника Мейсона хотелось бы получить уже багаж Рика Райта, автора не то чтобы невостребованного, а скорее недооцененного.

Ctrl + ↓ Ранее